Лю Лин Чуан Чжоу Цзяньминг Чжоу Либо Штормовая реформа и открытие сельского строительства Лонг прессы Романы китайская современная народная литература издательство
Вес товара: ~0.7 кг. Указан усредненный вес, который может отличаться от фактического. Не включен в цену, оплачивается при получении.
Описание товара
Восемьсот тысяч слов, творение, охватывающее тридцать лет, оглядывающееся назад на социальные изменения, произошедшие за сорок лет реформ и открытости.Взяв за основу жизненные следы Ян Цинлиня, он просто и трогательно изображает народные обычаи и обычаи деревни Люлин в Озерном крае Дунтин.
Это очень проницательный роман, одновременно очень напряженный и очаровательный. Он выражает внутреннюю движущую силу и основную тенденцию сельской реформы на глубоком уровне.——Айфэй (исследователь Академии социальных наук Шаньси)
Ценность произведения заключается не в суете и суете, когда оно выходит, а в историческом испытании, которое оно выдержало, что делает его вечным и заставляющим задуматься.——Тан Юаньхэн (профессор Школы гуманитарных наук Южно-Китайского технологического университета)
Это своего рода эстетическая красота трудового народа, полная юмора и оптимизма. Это духовная красота, отражающая качественный скачок в духовной сфере фермеров новой эпохи. С точки зрения языкового стиля, как и все произведение, оно воплощает простую красоту стиля чайного цветка, чистого и ароматного.——Чжан Ху (профессор Института образования Чанши)
«Легенда о Люлине» прослеживает шаги главного героя Ян Цинлиня, вращается вокруг процесса трансформации Люлин Юань и описывает образ жизни Озерного края Дунтин в конце 1970-х годов.В нем подробно описаны волнения и изменения, произошедшие до внедрения системы домашней ответственности, раскрывающиеся богатство и сложность общества, жизни и человеческой природы.Роман имеет глубокое историческое значение и ценность исторических данных, воспроизводит изменения в сельской жизни той или иной эпохи.
Amatalizeзаписывать
ивалесраньшепроходить
один,Заключенные освобождены от трудовой реформы3
два,Вечерний разговор в утином сарае14
три,Одно плечо26
Четыре,Юань Дату37
пять,Начинать47
шесть,Увлечение и увлечение60
Семь,Бу Гуйсян въезжает в город.76
восемь,В каждой семье есть место Писания, которое трудно прочитать наизусть.90
Девять,Зажгите огонь в сердцах людей101
десять,Трудно пить воду, если сильно нажать на поводок113
одиннадцать,Выбежал из ворот127
двенадцать,Судьба в ваших руках138
Тринадцать,Учитель класса Грязевого озера161
четырнадцать,Приключения в Водном храме176
пятнадцать,соблазн прибыли191
шестнадцать,Поездка в Чаншу204
17Родиться везде220
восемнадцать,Да здравствует наука238
девятнадцать,Управление парусником против ветра251
двадцать,Вот это настоящий коммунист265
двадцать один,несчастливая свадьба278
двадцать два,История не окончена294
ивалеспослепроходить
один,Охотник на озерных уток311
два,Звездное движение332
три,“пиар-леди”350
Четыре,банкет369
пять,семья386
шесть,Любовная сеть413
Семь,Четвертый раз, когда прорывается вода434
восемь,Ветви ивы457
Девять,Лажу481
десять,Дворцовый переворот504
одиннадцать,Проблемы в маленьком городке536
двенадцать,Шаг в железных туфлях, не глядя562
Тринадцать,глубокая привязанность582
четырнадцать,Восемь бессмертных дрейфуют в море602
пятнадцать,Легенда о Хуан Лудане623
шестнадцать,Сердце Сяо Сяо642
17Лю Дахуа Хуиим, еще одна деревня665
восемнадцать,Приготовленная утка летала686
девятнадцать,Дьявол на один фут выше707
ивалесраньшепроходить
1. Заключенные, освобожденные после трудовой реформы
Перчатки команды трудовой реформы были настолько изорваны, что их уже нельзя было носить, а новых в дальнейшем не выдавали.Команда по трудовой реформе строила склад для фермы. Ян Цинлинь и Юй Чуньшэн выгружали камни из лодки, и им пришлось нести их голыми руками.Оба они люди, выполняющие грубую работу, и кожа на их ладонях очень толстая, поэтому не имеет значения, носят ли они перчатки. Однако здесь очень холодно и морозно, и они чувствуют жгучую боль, когда их ладони касаются холодных камней. Иногда их пальцы настолько болят и немеют.В тот день они вдвоем работали большую часть дня. К полудню пальцы Юй Чуньшэна потеряли всякую чувствительность. Он бросил в грузовик камень весом семь или восемь килограммов, не прилагая никакой силы. Камень ударился о борт кареты, снова отскочил вниз и приземлился перед ним. Он не успел отпрыгнуть, и ему сильно ударили по ноге.Когда Ян Цинлинь увидел кланяющегося Юй Чуньшэна, он быстро бросил камень в руку и подбежал посмотреть. Он увидел, что его палец на ноге был разбит, а кровь окрасила его туфли в красный цвет.Ян Цинлинь поспешно поднял его и отнес на траву возле дороги. Он снял с него обувь и перевязал рану платком.Они не могли уйти по своему желанию в рабочее время, поэтому в конце концов дождались темноты, и наконец машина перестала загружать камни, и они поехали обратно.Когда они вернулись в лагерь для военнопленных, Ян Цинлинь обнаружил, что ноги Юй Чуньшэна опухли.
Ян Цинлинь и Юй Чуньшэн делили двухъярусную кровать. Юй Чуньшэн жил на верхней койке, потому что был моложе. Сегодня Ян Цинлинь помог ему спать на нижней койке.Ян Цинлинь увидел, что ноги Юй Чуньшэна опухли все больше и больше, и он очень забеспокоился. Он уже сообщил об этом сотрудникам исправительного учреждения и попросил их прислать врача, чтобы он осмотрелся и дал Сяо Юй какое-нибудь лекарство, но до сих пор не получил ответа.
Юй Чуньшэн продолжал стонать от боли и даже не откусил от ужина.Этот ребенок, всего двадцати двух лет, оказался государственным служащим городского снабженческо-сбытового кооператива Люлин и односельчанином Ян Цинлиня. В позапрошлом году его приговорили к двенадцати годам лишения свободы за кражу и отправили в этот трудовой лагерь.В тот день, когда Юй Чуньшэн впервые приехал, он плакал.
нон-стоп. У него детское лицо и большие ясные глаза. Он плакал весь день, и его глаза опухли.С первого дня, когда Ян Цинлинь увидел его, он не поверил, что он преступник, который тайно взломал сейф кооператива снабжения и сбыта и украл 6000 юаней. Однако в приговоре четко говорилось, что он был вором. Хотя он отказался признать себя виновным, согласно тщательному расследованию Бюро общественной безопасности, было получено большое количество свидетелей и вещественных доказательств, которые вообще нельзя было отрицать.По материалам дела его приговорили бы всего к шести-семи годам лишения свободы, но поскольку он отказался признать себя виновным и шалил на допросе, приговор был продлен на несколько лет в соответствии с принципом снисходительности к признанию, а не строгости.Двенадцатилетнее тюремное заключение не так уж и страшно для восемнадцатилетнего мальчика, ведь когда его освободят, ему будет всего тридцать лет. Он еще молод и может начать свою жизнь заново.Но он так не думал. Как только он рассказал об этом Ян Цинлиню, тот разрыдался и заявил, что никогда не совершал такого преступления, как воровство.В ночь, когда ограбили снабженческо-сбытовой кооператив, он пошел смотреть кино. Шоу началось поздно, и фильм был длиннее. Он вернулся в общежитие очень поздно. Вернувшись в общежитие, он закрыл дверь и заснул.Он не вставал всю ночь. Но это было лишь его личное повествование, без косвенных доказательств. Его друг Ло Си посмотрел фильм вместе с ним и вместе с другими пошел домой после просмотра фильма. Он не заключил с ним сделку, поэтому не смог доказать, что произошло в период после просмотра фильма.На второй день после кражи Окружное бюро общественной безопасности заподозрило его на основании различных улик. Они обыскали его дом и нашли триста юаней в куче соломы в его боковой комнате.С банкноты в триста юаней даже не были удалены полоски коричневой бумаги, а цифры были написаны на ней самим бухгалтером.В результате Юй Чуньшэн был арестован.Когда Юй Чуньшэн упомянул вышеперечисленные причины для своей защиты во время допроса, судья не мог не прийти в ярость. Он указал на нос Юй Чуньшэна и выругался:“Придраться!После того, как ты закончил просмотр фильма, не было еще и одиннадцати часов, а до рассвета оставалось семь-восемь часов. За этот период никто не доказал, что вы спали. У вас было достаточно времени, чтобы взломать сейф и переместить украденное. Теперь, когда все доказательства преступления собраны, какая у вас причина придираться?Я не ожидал, что ты будешь таким нечестным в таком юном возрасте, это действительно отвратительно!Но я хочу вам сказать, самой хитрой лисе не выбраться из лап ловкого охотника!”Для описания следственной группы судья использовал метафору умных охотников. Он чувствовал, что эта метафора была наиболее подходящей. Он не мог не улыбнуться, когда подумал, что может сразу придумать такую изящную метафору.Поскольку во время допроса Юй Чуньшэн изо всех сил старался защитить себя и так и не забрал украденные деньги, это стало основанием для увеличения его приговора.
Юй Чуньшэн настоял на том, чтобы не признавать себя виновным на допросе, поэтому его пришлось временно отправить в штаб безопасности, где содержались подследственные. Пробыв менее недели в штабе безопасности, он не выдержал преступления и был вынужден во всем сознаться. На этом допрос был окончен.
Как только публичный суд закончился, Юй Чуньшэна сопроводили прямо с места проведения в трудовой лагерь.Как только он попал в трудовой лагерь, все, что он мог делать, это плакать. Он плакал весь день, пока его глазные яблоки не опухли, а сердце Ян Цинлиня не тронулось от плача.Ян Цинлинь — бывший заключенный из команды по трудовой реформе. Он здесь уже четыре полных года. Он родился в 1971 году“Один против трёх против”Тем, кто был арестован и заключен в тюрьму во время движения, были предъявлены обвинения в жестоких нападениях.“пролетарский штаб”, злобно напал на товарища Цзян Цин, и он был приговорен к пожизненному заключению.Ему тридцать четыре года, и первоначально он был заместителем секретаря и заместителем директора коммуны Люлин. С того дня, как он узнал, что его приговорили к пожизненному заключению, он поселился в этом трудовом лагере и приготовился провести здесь долгие годы.В тот день он увидел этого молодого человека таким огорченным и ему стало очень грустно, поэтому он пришел уговорить его. После некоторого утешения Сяо Юй медленно перестал плакать.Позже, увидев, что этот пожизненный заключенный по-прежнему настроен оптимистично, Сяо Юй почувствовал себя немного спокойнее.Им пришлось спать на двухъярусной кровати, поэтому они ладили день и ночь и вскоре стали хорошими друзьями.
Поскольку они оба были членами производственной группы, Юй Чуньшэн давно слышал о его деле и знал, что он был сильной фигурой в коммуне Люлин.“Культурная революция”С самого начала он боролся против повстанцев в коммуне;“Один против трёх против”Во время движения руководство движением находилось в руках повстанцев, и они преследовали его.Кроме того, министр вооруженных сил, исполнявший в то время обязанности первого секретаря уездного комитета партии, был давним врагом Ян Цинлиня. Он проводил социально-просветительские движения в коммуне Люлин. Ян Цинлинь предъявил ему иск за то, что он связал людей с целью заставить его признаться, и подвергся критике со стороны комитета префектуры в циркуляре.Он собирался свести счеты с Ян Цинлинем, но Ян Цинлинь был арестован.Позже, после мобилизации всей коммуны на его разоблачение, выяснилось, что у него было много“Три курса”Выступления, особенно те, которые нападают на главу центрального правительства, представляют собой серьезный случай.На публичном суде, проходившем на территории коммуны, он занял второе место.Первый, убийца, был приговорен к смертной казни и казнен на месте. Его приговорили к пожизненному заключению.После заседания по вынесению приговора он прошел по улицам и набережным, а затем был препровожден в этот трудовой лагерь для исправления трудом.
Сегодня, после того как он уложил Юй Чуньшэна спать в свою кровать, он пошел на кухню, чтобы взять ведро с горячей водой, вымыл руки, лицо и тело, а также вымыл неповрежденные части ног горячей водой.Он пошел в исправительное учреждение, чтобы сообщить о ситуации, надеясь, что они пришлют врача для осмотра как можно скорее.
Эта команда реформ через труд обычно не имеет постоянного медицинского персонала. Среди исправительно-трудовых заключенных находит только одного или двух человек, обладающих некоторыми медицинскими навыками, которые могут работать временными врачами.Потому что эти врачи не являются серьезным медицинским персоналом, и их медицинские навыки не очень хорошие.Даже если здесь, в трудовом лагере, есть формальный врач, лекарств и медицинского оборудования не хватает. На весь трудовой лагерь, в котором проживает более 300 человек, имеется только одна аптечка.Даже найти такого врача непросто. Вам придется пройти множество уровней инструкций.Заключенные спрашивали руководителя группы среди заключенных, руководитель группы просил инструкции у сотрудников исправительного учреждения, работники исправительных учреждений просили указаний у руководителя группы, а руководитель группы просил инструкций.
В ответ на осмотр пришел заключенный, которого назначили временным врачом, с аптечкой на спине. Поскольку Ян Цинлинь был лидером тюремной команды, первый запрос инструкций был отклонен. Вторая просьба была непростой. Ян Цинлинь сообщил об этом сотруднику исправительного учреждения на скамье подсудимых.В это время сотрудник исправительного учреждения лично видел травмированную ногу Юй Чуньшэна, но после того, как он пообедал, несколько других сотрудников исправительного учреждения потащили его играть в покер, и он забыл об этом.Теперь он полон амбиций, держит в руке большое привидение, готовое раскопать задницу противника.Ян Цинлинь выбежал из комнаты и крикнул отчет. Здесь была чрезвычайная ситуация. Сотрудники исправительного учреждения были сосредоточены на картах, поэтому его крика не было слышно.Ян Цинлинь крикнул несколько раз, но никто не обратил на него внимания. Только когда этот человек выкопал дно своего противника, содержащее сорок очков, его противник рухнул, громко рассмеялся и оторвал голову от карточного стола.Ян Цинлинь воспользовался возможностью и снова закричал, что привлекло внимание сотрудника исправительного учреждения.Он посмотрел на дверь и сердито спросил:“О чем ты кричишь? Что случилось?”Ян Цинлинь поспешно ответил:“Нога Юй Чуньшэна после травмы опухла все больше и больше, но врач еще не пришел!”Только тогда сотрудник исправительного учреждения вспомнил, что случилось с Сяо Юем. Он выбросил карты из рук, неохотно встал и пошел к кабинету капитана, чтобы спросить инструкций.
Когда дисциплинарный персонал вышел из кабинета капитана, он, улыбаясь, сказал Ян Цинлиню:“Идите быстрее, вас зовет капитан, отличные новости!”Ян Цинлинь спросил:“Где доктор?”Сотрудник исправительного учреждения сказал:“Не беспокойтесь об этом, я вам сообщу.”
Отличные новости! Какое радостное событие? Ян Цинлинь не осмелился спросить еще раз.Он пришел в кабинет капитана с сомнениями. Как обычно, он крикнул отчет в дверь, а затем услышал внутри смех капитана.Капитан рассмеялся и громко сказал:“Товарищ Ян Цинлинь, поздравляю, пожалуйста, проходите и садитесь внутри.”“Товарищ Ян Цинлинь”——Этого звания уже давно нет!Ян Цинлинь подумал про себя, что действительно произошло что-то большое.Капитан, который обычно был очень строг с заключенными, стоял перед ним с улыбкой и тепло протягивал руки для рукопожатия.Капитан провел его в комнату, предложил сесть на стул, а затем громко рассмеялся:“Товарищ Ян Цинлинь, у меня для вас хорошие новости. Мы получили уведомление из окружного суда с просьбой сообщить вам, что вы освобождены!”Ян Цинлинь не поверил своим ушам. Он стоял молча, не зная, что ответить.Капитан повторил:“Поражение‘Банда’После выяснения накопившихся дел, после рассмотрения было установлено, что Ваше дело также является несправедливым, ложным и ошибочным. Суд решил отменить первоначальный приговор и оправдать вас.Вашу проблему давно должны были решить, но официального уведомления сверху не было. Мы не можем справиться с этим без разрешения, и мы так долго причиняли вам вред!”Только тогда Ян Цинлинь понял, что его дело раскрыто. Услышав это, он не смог сдержать долгий вздох облегчения.Капитан налил ему чашку чая, а затем любезно спросил:“Король
Кто такой Хуа?Вы ее знаете?”Ян Цинлинь ответил:“Ван Синхуа была моей бывшей невестой. Когда меня арестовали, ее перевели в другой округ, и она от меня оторвалась.”Капитан улыбнулся и сказал:“Я думаю, что эта связь сохраняется до сих пор. Насколько нам известно, оправдание вашего дела очень помогло ей и сбило ее с толку.‘Банда’После этого она написала несколько ходатайств в суд, чтобы защитить вас.Сегодня она услышала, что тебя собираются отпустить, и попросила кого-нибудь прислать большую сумку с одеждой. Теперь она кладет их сюда, ко мне.Пожалуйста, возьмите их.”С этими словами капитан достал из большого шкафа синюю ситцевую сумку и протянул ее Ян Цинлиню.Ян Цинлинь открыл его и посмотрел на него. Все это была совершенно новая одежда.
Поскольку было уже поздно, Ян Цинлинь не покинул трудовой лагерь сразу. В то же время ему не хотелось немедленно уходить отсюда. Он также беспокоился, что ноги Сяо Юя воспалятся, и не знал, следует ли проводить ему дальнейшее лечение.Сяо Юй определенно будет рад, когда его досрочно освободят из тюрьмы, но в то же время ему будет грустно, потому что в течение нескольких лет они были почти неразлучны и стали хорошими друзьями. Когда его нет рядом, он будет чувствовать себя одиноким и жизнь станет еще труднее.Случай Сяо Юя, как и его собственный, определенно был несправедливым. Чем больше он понимал детали дела, тем больше верил в свое суждение. Он хотел загладить перед ним эту несправедливость сразу после того, как тот выйдет из тюрьмы.
Когда Ян Цинлинь вышел из капитанской комнаты и вернулся в общежитие для заключенных, Сяо Юй уже спал.Пришел временный врач и дал ему лекарство, и боль утихла. После дня усталости он сразу заснул. Однако, поскольку пальцы ног все еще болели, он время от времени просыпался от боли и несколько раз кричал.“Оу”.Ян Цинлинь сел рядом с ним и посмотрел на его детское лицо. Его лицо совершенно отличалось от того, когда он впервые прибыл. Когда он впервые попал в трудовой лагерь, его лицо еще было красным, но теперь оно стало серо-черным. Его щеки также выглядели немного опухшими из-за круглогодичного тяжелого физического труда и отсутствия питания и отдыха.Ян Цинлинь подумал про себя:“Банда”Сколько таких несправедливых случаев было совершено в период разгула по всей стране!Он не мог разбудить Сяо Юя, поэтому просто подоткнул одеяло, чтобы плотнее укрыть его. Он сел на край кровати и продолжал думать о своих мыслях.
В это время перед его глазами отчетливо предстали следующие сцены: Было палящее жаркое лето, и он был заключен во временную камеру в коммуне.Сотрудники коммуны и бригады собрались в коммуне для проведения учебных занятий. На этом уроке в основном разоблачались и подвергались критике его контрреволюционные преступления.В этой коммуне работал исполняющий обязанности первого секретаря уездного комитета партии и бывший уездный министр У. Хотя он жил наверху в Люлинском снабженческо-сбытовом кооперативе, в четырех или пяти милях от управления коммуны, он редко приходил в управление коммуны. Однако две его секретарши по очереди собирали здесь информацию. Он часто вызывал туда нескольких лидеров повстанцев и видных деятелей коммуны, будучи пьяным и сытым, чтобы выслушать их отчеты.Наконец они взяли Янга
Цин Линь был признан виновным в жестоком нападении на штаб пролетариата и товарища Цзян Цина. Он был крайне порочным нынешним контрреволюционером.Они составили доклад на основе материалов, раскрытых разоблачителем, представили его и выдвинули свои заключения, рекомендуя смертную казнь или пожизненное заключение.Дело было рассмотрено и одобрено провинцией, которая согласилась на пожизненное заключение.
В день выдачи разрешения исполняющий обязанности первого секретаря уездного комитета партии вызвал Ван Синхуа наверх, в снабженческо-сбытовой кооператив.Ван Синхуа в то время была директором Женской федерации коммуны Люлин. Исполняющий обязанности первого секретаря райкома партии долго вглядывался в ее нежное лицо и медленно сообщил ей эту новость.Ван Синхуа страстно влюблен в Ян Цинлиня. Они договорились пожениться после осеннего урожая этого года.Когда она услышала эту новость, она чуть не потеряла сознание.Исполняющая обязанности первого секретаря уездного комитета партии сказала ей, что перед ней есть два пути: один — встать на сторону партии и провести четкую линию с Ян Цинлинем; другой заключался в сохранении отношений с Ян Цинлинь, чтобы ей пришлось выйти из партийной организации и подготовиться к децентрализации сельского труда, поскольку структура власти пролетарской диктатуры не могла терпеть директора Федерации женщин, имевшего тесные связи с контрреволюционерами.Ван Синхуа могла только опустить голову и заплакать. В конце концов ей оставалось только согласиться на просьбу исполняющего обязанности первого секретаря уездного комитета партии и разорвать все связи с Ян Цинлинем.Но в то время она обратилась с двумя просьбами: одна заключалась в том, чтобы снова увидеть Ян Цинлиня, а другая — чтобы уездный комитет перевел ее из коммуны Люлин до того, как будет проведено заседание по вынесению приговора. Обе просьбы были удовлетворены.В тот день, когда она собрала свой багаж и собралась покинуть коммуну, она побежала во временную камеру на территории коммуны и увидела Ян Цинлиня.Ван Синхуа в тот день много плакал, но Ян Цинлинь ничего не знал. Он все еще был весел и продолжал расспрашивать ее о ситуации снаружи. Он не знал, какое несчастье его ждет. Когда Ван Синхуа увидела это, ей стало еще больше грустно.Прежде чем она успела закончить то, что хотела сказать, она закрыла лицо руками, выбежала в слезах и больше никогда не появлялась в коммуне Люлин.В день вынесения приговора Ян Цинлинь все еще искал ее, чтобы проверить, присутствует ли она.После заседания по вынесению приговора его связали и протащили по улицам и набережным, по пути разыскивая ее. Он знал, что удар слишком тяжел для нее, и беспокоился, что она не выдержит его и упадет.С тех пор он больше никогда о ней не слышал.
Лишь в октябре позапрошлого года он получил посылку извне. Открыв его, он обнаружил пакет с предметами первой необходимости и несколько банок.Человек, отправивший посылку, не написал письмо. Имя отправителя на посылке было Ян Чуньлинь, который, судя по всему, был его биологическим братом. Однако по красивому почерку на посылке он узнал, что отправителем посылки был Ван Синхуа.Позже я часто получал такие посылки, но где сейчас работает Ван Синхуа?Как ее жизнь?Он все еще понятия не имел.Капитан только что сказал ему:“Банда”После того, как он потерпел поражение, Ван Синхуа продолжал апеллировать в его защиту, чтобы можно было добиться его дела.
Просмотр и исправление: это полностью показывает, что Ван Синхуа думал о нем и бежал за ним.Потому что в этом трудовом лагере не разрешают слушать радио и нет газет, которые заключенные могли бы читать.“Банда”Новость о том, что его сбили с ног, ему рассказал заключенный, который недавно вел машину, когда он носил камни. Он еще не знал, сможет ли он обжаловать такое дело.Ван Синхуа обратилась от его имени, и она сделала для него великое дело, чего до сих пор не могла сделать.Что ж, теперь он официально освобожден и может вернуться в свой родной город и жить свободной жизнью.Когда он подумал об этом, он почувствовал себя очень счастливым.Последние восемь лет были похожи на кошмар. Теперь, когда кошмар проснулся, он вернется в свой первоначальный вид.Впервые настоящий адрес и имя Ван Синхуа были написаны на посылке, отправленной кем-то другим, давая ему понять, что она покинула первоначальную коммуну и пошла работать в магазин в округе Аньсян. Отсюда до того места шел водный путь, и чтобы добраться туда на лодке, требовалось полдня.Ян Цинлинь уже подумал об этом. Завтра рано утром он отправится на лодке в Ван Синхуа. Он собирается увидеться с Ван Синхуа и его давно потерянной невестой.Судя по обращению, которое она сделала от его имени, и по посылкам, которые она ему отправила, Ван Синхуа, должно быть, сейчас все еще живет один. Она по-прежнему любит его так же сильно, как и в прошлом, и ее отношения с ним, несмотря на такие перипетии, совсем не изменились.Он подумал, что на этот раз он должен забрать ее обратно и отвезти в свой родной город, чтобы начать новую совместную жизнь.
Он сидел рядом с Юй Чуньшэном и молча размышлял в темноте. Подумав об этом, он не смог сдержать улыбку. Он уже нарисовал план своей будущей жизни.Он увидел, что Сяо Юй все еще крепко спит, и, зная, что Сяо Юй еще некоторое время не проснется, поднялся на верхнюю койку, лег на кровать Сяо Юя и сразу же заснул.Во сне мне казалось, будто я сел на корабль и прибыл к Ван Синхуа.Ван Синхуа приняла его с улыбкой, отвела в магазин, где работала, и представила своим коллегам:“Это мой жених!”Восемь лет спустя Ван Синхуа совсем не изменился.Не только ее чувства к нему не изменились, но и ее внешний вид тоже не изменился. Ее радость и благодарность заставили его плакать.Слёзы текли из уголков его глаз и быстро становились холодными, когда они встречались с холодным воздухом. Холодные слезы потекли по его щекам и даже разбудили его.Проснувшись, он обнаружил, что был средь бела дня, и все заключенные в его камере встали и пошли работать на улицу.После того как его освободили, сотрудники исправительного учреждения не просили его вставать. В это время в общежитии остались только он и Юй Чуньшэн, который повредил ногу.
Юй Чуньшэн проснулся задолго до того, как проснулся, и давно слышал, как люди говорили, что его освободили.Юй Чуньшэн действительно был очень счастлив, но в то же время ему было грустно. Его друг, который любил его и заботился о нем, как о старшем брате, собирался уходить.Как он проживет свою жизнь в будущем? Когда Ян Цинлинь спустился с верхней койки, он услышал, как Юй Чуньшэн плачет под одеялом.
Ян Цинлинь поспешно подошел, стянул одеяло, закрывающее лицо, и тихо спросил:“Сяо Юй, тебе все еще больно?”Юй Чуньшэн покачал головой и продолжал плакать.Ян Цинлинь сказал:“Итак, почему ты плачешь?”Юй Чуньшэн сказал:“Я слышал, ты уходишь!”Ян Цинлинь спросил:“Вы уже знаете?”Юй Чуньшэн кивнул.Ян Цинлинь улыбнулся и сказал:“Они сообщили мне об этом вчера вечером, когда я пошел позвонить врачу. Когда я вернулся, ты уже спал и не было времени тебе сказать.”Юй Чуньшэн все еще плакал и время от времени говорил:“Мне было радостно и грустно одновременно. Если ты уйдешь, как я буду жить?”Ян Цинлинь мог только утешить его и сказал:“Ваше дело также является несправедливым. Я полностью уверен, что, выйдя на свободу, первое, что я сделаю, это проясню ваше дело. Будьте уверены, я обязательно исправлю для вас эту несправедливость!”В это время Юй Чуньшэн перестал плакать. Он действительно был еще ребенком. Услышав, что сказал Ян Цинлинь, его слезы снова превратились в смех.Он взял Ян Цинлиня за руку и умолял:“Брат Цинлинь, после того, как выйдешь, пожалуйста, наведайся к моему отцу и скажи ему, что у меня хорошее здоровье.После моего приговора он серьезно заболел. Я слышал, что с тех пор он сошел с ума и отказывался разговаривать с другими.Триста юаней положил в кучу соломы в нашем доме человек, совершивший преступление. Если мы найдем этого подставленного человека, мое дело будет легче решить!”Ян Цинлинь уже был знаком с ходом этого дела. В это время он утешил его и сказал:“Сяо Юй, не волнуйтесь, я проведу тщательное расследование на основе этих улик. Я знаю, что твоя хижина находится в конце Нэйху. Обычно туда мало кто ходит. Даже если кто-то туда зайдет, это очень заметно, и все это смогут увидеть. Каким бы хитрым ни был подставивший человек, следы он оставит.Ты также знаешь, что я не смогу спать, пока твой вопрос не прояснится.”Таким образом, они разговаривали долгое время.Ян Цинлинь хотел увидеть Ван Синхуа, и ему пришлось успеть на дневной пароход. После обеда Ян Цинлинь по-прежнему отказывался покидать Юй Чуньшэн. В это время Юй Чуньшэн разбудил его и призвал поскорее уйти.Ян Цинлинь увидел, что уже поздно, поэтому оставил все необходимые насущные дела Юй Чуньшэну. Он также оставил новую одежду, отправленную Ван Синхуа Юю Чуньшэну. Он пошел в офис трудового лагеря, чтобы получить справку, а затем отправился в путь.
Когда Ян Цинлинь вышел из ворот трудового лагеря, солнце как раз поворачивало на запад.Ян Цинлинь впервые за восемь лет шел один.Когда он вышел из трудового лагеря и пошел в поле, вдыхая свежий воздух с сильным землистым запахом, зимнее солнце, хотя и не могло принести тепла, но дарило людям светлое и уютное ощущение, от которого ему сразу же становилось легко. Это светлое чувство невообразимо для тех, кто никогда не переживал потерю свободы.Через некоторое время он подошел к корабельному причалу.Эта корабельная пристань является промежуточной станцией между Юэяном и Аньсяном. На берегу стоит ряд домов из красного кирпича, а через реку наклоняется большая баржа.Ян Цинлинь вошел в ряд домов из красного кирпича и увидел, что окно билетной кассы еще не открылось, а до выхода с корабля оставался еще час.Поскольку кондуктор живет неподалеку и у него много работы по дому, он
Как обычно, прежде чем войти в кассу, вам придется подождать полчаса до отплытия лодки.Зайдя в кассу, нужно выкурить сигарету и заварить себе чашку крепкого чая, затем медленно открыть кассу и кассу. В это время у вас есть всего четверть часа, чтобы покинуть корабль в обычном режиме.Чтобы не откладывать посадку на катер, люди часто сначала выстраиваются в очередь у окна, чтобы раньше получить билеты и избежать суеты при посадке на катер. Поэтому людям, садящимся на лодку, зачастую приходится стоять в очереди у окна по два-три часа.Билетная касса располагалась по одну сторону от ворот, которые всегда были открыты. Речной ветер, дующий из-за ворот, ударил в лица людей, ожидающих покупки билетов, в результате чего несколько человек чихнули.В зале была женщина с ребенком, которого тоже унесло ветром.Женщина боялась, что ребенок замерзнет, поэтому обернула лицо ребенка большим шарфом. Лицо ребенка было задыхающимся, когда оно было завернуто в шарф, поэтому она схватила его обеими руками и сильно пинала. Женщине приходилось время от времени прикрывать шарф, чтобы его не сдернули руки ребенка, а также крепко придерживать тело ребенка, чтобы ребенок не лягнулся.Это очень смущало. Когда Ян Цинлинь увидел эту ситуацию, он подумал: что происходит? До него всего час, а касса еще не открыла окно?Что плохого в том, чтобы подождать, пока все сначала купят билеты и мирно отдохнут в сторонке? Зачем заставлять всех выстраиваться здесь в очередь, чтобы насладиться воздухом?С этой мыслью он подошел к женщине и сказал:“Просто подождите в стороне с ребенком на руках, дайте мне деньги, и я встану к вам в очередь.”Женщина подняла голову и посмотрела на него. По взгляду женщины Ян Цинлинь почувствовал, что она запаниковала и почувствовала небольшое отвращение.Она отвернулась и крикнула:“Нет-нет, я сам куплю!”Сказав это, она повернулась к нему спиной и перестала обращать на него внимание.Ян Цинлинь подумал про себя: если она выразит такое отвращение ко мне, то я все еще узник исправительного труда?Он опустил голову и посмотрел на себя. Оказалось, что он все еще был одет в потертую одежду, а туфли на ногах уже обнажали пальцы ног.Он подумал: неудивительно, что он заставил других ненавидеть себя.В это время ему ничего не оставалось, как отойти от женщины и пройти в конец очереди у кассы; когда он повернулся и ушел, он встретил несколько подозрительных глаз поблизости и услышал, как женщина разговаривала с человеком рядом с ней. Ее голос был тихим, но ясным:“Это заключенный, освобожденный из трудового лагеря!”
В это время очередь уже была очень длинная.Ян Цинлинь встал в очередь. После долгого ожидания в очереди второй человек не пришел, поэтому он просто перестал ждать в очереди, просто выбрал место и сел.Посидев некоторое время, он увидел множество объявлений и плакатов на стенах с обеих сторон. Все, что было перед ним, заставляло его чувствовать себя свежим и даже не от мира сего. Эти обычные объявления и плакаты также вызвали у него интерес.Он встал и подошел к объявлениям и плакатам, чтобы рассмотреть их поближе. Из содержания этих объявлений и плакатов можно было видеть, что действительно произошли потрясающие изменения.“Банда”Эти демоны были побеждены и все перевернулось с ног на голову. По словам заметки, это называлось“В любом случае”, а это означает, что все несправедливые и необоснованные действия должны быть исправлены.Ян Цинлинь видел эти объявления
и плакаты, словно видя новый мир, в котором все станет прекрасно и все пойдет своим чередом. Этот новый мир не был незнаком Ян Цинлиню.Там он провел свою замечательную молодость и юность. Однако позже этот мир неожиданно рухнул, и в результате он перенес восемь лет пыток. Все это показывало, что этот мир снова пришел к людям. Когда Ян Цинлинь подумал об этом, он не смог сдержать своего внутреннего счастья, и у него даже закружилась голова.Он не мог не закрыть глаза и позволить себе на некоторое время успокоиться. Затем он снова медленно открыл глаза. Недалеко от плаката он увидел маленькое прямоугольное зеркало. Я не знаю, какой добросердечный человек повесил сюда это маленькое зеркальце.Хоть он и небольшой, но отражает солнечный свет, идущий снаружи, и выглядит особенно ярко. Он отбрасывает мигающий световой круг на белую стену напротив, увешанную объявлениями и плакатами.Ян Цинлиня привлекло это зеркало, и он не мог не пройти перед ним. Он посмотрел в зеркало и вдруг испугался и сделал несколько шагов назад. Оказалось, что он увидел в зеркале странное изображение.Он не смотрелся в зеркало восемь лет и не знал, кем стал. Потом он увидел в зеркале, что он уже не тот, что был раньше.Настоящий Ян Цинлинь был очень красивым молодым человеком, с густыми бровями, большими глазами, густыми черными волосами и румяным лицом, благодаря чему он выглядел оживленным. Однако Ян Цинлинь, появившийся в зеркале, теперь выглядел иначе.Хотя он и вышел из тюрьмы, жизнь в тюрьме оставила на нем необратимый след. Румянец на его лице исчез, сменившись морщинистым и изможденным лицом, а волосы поседели и стали редкими.Пара глаз, возможно, изменилась больше всего. Раньше они были такими яркими и энергичными. Быть ярким и энергичным – признак полной уверенности. Теперь они выглядят тусклыми, мутными и имеют грустное выражение.Героическое поведение прошлого исчезло!Энергия живости и энергичности ушла!Нахождение в диктатуре, которой вы когда-то доверяли, — лучший способ избавиться от этих вещей, потому что, в конце концов, это не тюрьма врага. В такой тюрьме ты можешь сражаться уверенно, но в такой тюрьме у тебя не может быть таких мыслей. Даже если вы не виноваты, со временем вы постепенно почувствуете себя виноватым.Где его грех?Он не знает, но раз он сидит в народной тюрьме, значит, он виновен.Даже если он не виноват, он постепенно почувствует себя виноватым! Возможно, это какой-то условный рефлекс. Этот условный рефлекс отражается не только на его теле, но и на душе. Глаза – зеркало души. Из этих двух окон людям ясно видно, что его душа ранена.Самым большим ущербом для его души было то, что он медленно терял свое человеческое достоинство. Он больше не чувствовал никакого возбуждения от резких слов и оскорблений в свой адрес людей. Его душа онемела!Например, если бы отношение женщины к нему просто произошло в прошлом, он бы
Он бы почувствовал себя оскорбленным, но сегодня он вообще не почувствовал никакого возбуждения.Люди смотрят на него свысока, даже ругают, плюют на него. Это обычное дело, и он к этому уже давно привык. Что такого страшного, если люди проявят к нему немного презрения?Оцепенение души должно проявляться в глазах тусклых и мутных.Ян Цинлинь теперь видит свои глаза в зеркале. Это просто такие глаза. Как он может смотреть такими глазами на Ван Синхуа, который так долго ждал его?
Нет, он не может идти, ему нужно прийти в себя.Хотя физическое старение невозможно изменить, его дух должен восстановиться. Он должен заново открыть для себя свой прошлый характер, упрямый характер, который осмеливается говорить и делать что-то!Его самооценка всегда была очень сильной, а его отношение к ненависти к уродливым вещам и к ценению красивых вещей всегда было ясным.Он никогда не скрывает своего мнения и никогда не склоняет голову перед трудностями.Куда теперь делись эти вещи? Он хотел вернуть его.Если бы у него не было этих вещей, Ван Синхуа больше не нуждался бы в нем. В то время они оба работали в одной коммуне. Ван Синхуа была самым молодым директором женской федерации коммуны в округе. Она была образованной и красивой. Многие руководители округа страстно преследовали ее, но она взяла на себя инициативу и влюбилась в этого беспорядочного работника коммуны.В ту ночь, когда отношения между ними прояснились, первыми словами Ван Синхуа, обращенными к нему, были:“Я не знаю, почему, когда я с тобой, я всегда испытываю чувство силы!”Куда теперь делась эта сила?Почему он потерял свою власть?Он хотел вернуть его. Он не мог просто так привести такое бессильное тело на встречу с Ван Синхуа!
Окно кассы открылось, и из окна послышался слабый голос:“Первый, отдайте деньги, куда они идут?”Ян Цинлинь решил не идти к Ван Синхуа.Он прошел через длинную очередь, ожидающую покупки билетов, и подошел к двери. Он не мог не щуриться на солнце. После небольшого колебания он взял свой рюкзак и поспешно направился к дому.